mislpronzaya (mislpronzaya) wrote,
mislpronzaya
mislpronzaya

Category:

Дополнительные материалы по истории г Лида(1)

Копирую, в основном, для себя, на случай выпиливания материалов

Источник: Виленский календарь. Вильно, 1906. Стр. 37-57.
Лида, ныне уездный город Виленской губернии, а в древности центр одной из великокняжеских волостей, расположена под 53°53" с. ш. и 42°58" в. д., на правом берегу р. Лиды, впадающей в Неманский приток Дитву, в 89 вер. от г. Вильны. Окрестности Лиды представляют собою почти совершенную равнину, только в нескольких местах перерезанную пологими долинами небольших ручьев и речек и в значительной части покрытую лесами.
Местность эта, первоначально занятая одним из литовских племен,--по-видимому, Неромой,--в конце первой половины XI в. вошла в составь русских владений. По словам историков Литвы, великий князь киевский Ярослав I Владимирович в 1040 и 1044 г.г. совершил два похода на Литву и, разбив литовцев в окрестностях г. Слонима, перешел р. Неман и завладел их землями вплоть до р. Вилии (Narbutt, dzieje narodu Litewskiego, III, 225,233,235). С тех пор до половины XIII в. р. Вильня составляла граничную черту между литовскими и русскими владениями, при чем правый берег ее назывался Литовским берегом, а левый Русским или Русскою стороною (Летопись Быховца 1846, 4). Уже в начале XII в. на Русской стороне р. Вилии существовало несколько удельных русских княжеств, из числа которых чаще других в истории упоминается Гродненское (Stryjkowski, kronika Polska. Litewska etc. (1846). I, 85).
Оттесненные за р. Вилию литовцы спокойно сидели среди своих лесов до половины XII в., когда один из литовских князей Кунос, по словам литовской летописи (Летопись Быховца, 2-3), «пануючи в земли Жмойдской, почалъ множити и разширати и выходити за реку Веллю». Выход Куноса за Вилию, по-видимому, поставил в некоторую зависимость от него Русскую сторону. Между прочим летописи сохранили известие о гродненском князе Володаре Глебовиче, который опираясь на тесный союз с Литвою, наводил грозу на своих родственников. В 1159 г., когда все полоцкие князья заключили временный мир и целовали друг другу крест, Володар Глебович уклонился от общего замирения: «не целова креста тем же ходяше под Литвою в лесах». (Ипат. Лет., Карамзин, II, примеч. 386) Далее в источниках проскальзывают известия, что из за обладания Русскою стороною между Литвою и Русью велась упорная борьба, окончившаяся тем, что в 1219 г. девятнадцать литовских князей явились к великой княгине Романовой (вдове Романа Мстиславича Галицкаго) и ее сыновьям Даниилу и Васильку и заключили мир (Ibid. III, примеч. 190.). Русская сторона осталась под властью русских князей до половины XIII в.
В 1242 г. татарские отряды совершенно опустошили Черную Русь и Русскую сторону. Литовские князья, пользуясь тем, «иж Русская сторона спустела и русские князи разогнаны», в 1246 г. Во глав с Эрдивиллом Монтвиловичем , переправившись чрез Вилию и Неман, беспрепятственно заняли всю Русскую сторону и Черную Русь. (Летопись Быховца, 3-4; Stryjkowski. I. 233-237). С тех пор до конца XVIII в. вся эта местность постоянно находилась в составе литовских земель.
Около 1330 г. в Русской стороне, на правом побережье р. Немана, и Воскресенская летопись и хроника Стрыйковскаго в первый раз упоминают имя литовского города Лиды (Полное Собр. Рус. Лът., VIII, Воскрес., 240; Stryjkowski, I, 381.). Хотя имя Лиды до тех пор ни в одном, из первоисточников и не встречается, но несомненно, что поселение это принадлежит к числу древнейших поселений литовцев и существовало уже в Х в.,, т. е. до того времени, когда Русская сторона не была еще во владении русских князей. На это обстоятельство между прочим указывает литовское происхожденье самого названия «лида», означающего в переводе, на русский язык-лесной теребеж, пасеку, вообще местность, очищенную от росшего на ней леса (Narbutt, Dzieje, V, прилож. I.). Несомненно также, что Лида еще в половине XIII в. представляла собою укрепленный пункт, так как Ипатьевская летопись при описании княжения Войшелка упоминает, что он при помощи Шварна и Василька «имал городы в Литве и в Налщанох» (Карамзин, IV, примеч. 142).
Неоднократные появления русских князей и татар на левом побережье верхнего течения р. Немана и желание обеспечить от нападений их границы собственной Литвы и новой литовской столицы Вильны, заставили Гедимина соорудить в Лиде, на месте старого деревянного укрепления, новый замок. Пишут, что основание нового Лидского замка было положено Гедимином в 1323 г., а постройка его тянулась несколько лет, при чем замок строили пленные волынцы, под руководством выписанных из Киева мастеров (Narbutt, Dzieje, V, прилож. I.).
Гедемин, незадолго до своей смерти, распределяяуделы между своими сыновьями, Лидский замок с тянувшейся к нему волостью, в качестве трокского пригорода, отдал Кейстуту (Stryjkowski. I. 381). В 1346 г. Лидская волость была уступлена Кейстутом брату своему Ольгерду, который около 1370 г. Отдал её в держание своему придворному любимцу и вместе с тем человеку низкого происхождения некому Войдыле. Летопись Быховца ( стр. 23) рассказывает, что «некто пан был холоп у великого князя Ольгерда, паробок невольны, звали его Войдылом, первие был пекарь, потом уставил его постелю слати и воду давати себе питии, а потом и вельми полюбился ему и дал был ему Лиду держати и повел был его у доброе». По смерти Ольгерда, Войдыла возвысился еще более: благодаря своему уму и хитрости, он сумел подчинить себе слабохарактерного Ягайлу и начал оказывать влияния на государственные дела; Ягайло же пожаловал Войдыле боярское достоинство и выдал за него замуж свою родную сестру Марию. Последний поступок Ягайлы сильно оскорбил самолюбие дяди его, старика Кейстута, который открыто начал укорять свою родню за связь её с человеком низкого происхождения, Войдыла же начал мстить за это Кейстуту. Взаимная вражда окончилась тем, что Кейстут, узнав о заключенном против него союзе между Ягайлом и крестоносцами, внезапно напал на Вильню, схватил Ягайлу, а себя провозгласил великим князем. Князь новгород-северский Дмитрий Корибут, родной брат Ягайлы, вступился за последнего и начал угрожать Кейстуту. Кейстут выступил против Корибута и по дороге в его удел напал на Дубровну, в 5 верстах от Лиды, схватил здесь Войдылу и приказал его повесить в 1381 г. (Danilowicz. Skarbiec Diplomotow. I. № 477, прим. 8 ).
Однако и Кейстут не долго сидел на великокняжеском престоле. В 1383 г. Ягайло под предлогом примирения заманил его к себе, задержал и отослал Кревский замок, в подземелье которого несчастный старик был задушен. Такая же участь грозила и Витовту, но он успел бежать к немецким рыцарям, с которыми в течении нескольких лет тревожил Литву.
Со смертью Войдылы Лидская волость перешла во владение Ягайлы, который в грамотах титуловал себя князем витебским, кревским, лидским (Balinki. Starozytna Polska. III. 253).
В то время Лидская волость занимала собой только незначительную юго-восточную часть нынешнего Лидского уезда, именно, те самые земли, из которых в XV-XVI в. Был составлен Лидский повет. С одной стороны она р.р. Жижмой и Гавьей отделялась от волости Виленского пригорода Ошмян, а с другой стороны посредством р. Дитвы граничила с Трокским княжеством (М. Любавский. Областное дел. и местное управл. Лит.-Рус Госуд.).
В 1391 г. Ягайло отдал Лиду Дмитрию Корибуту, а в январе месяце, следующего года, сильный отряд немецких рыцарей в рядах которого находился и сам Витовт, перейдя по льду м. Олиты р. Неман, неожиданно появился у стен Лидского замка, сжег прилегающую к нему часть города и потребовал сдачи его Витовту. Устрашенный первыми действиями рыцарей, Дмитрий Корибут в глухую полночь спешно выступил со всем своим отрядом из замка, оставляяего без боя Витовту, и направился в Новогрудок. Пишут, что крестоносцы вывезли тогда отсюда большие запасы оружия, провианта и т.д. Получив таким образом в свое владение Лидски замок, Витовт в скором времени заново перестроил его и сделал из него одно из сильнейших укреплений на Литве (Narbutt, V. 245, Balinski, III, 253,).
4 августа 1392 г. В им. Остров, в 9 вер. от г. Лида, между Витовтом и Ягайлой , были подписаны условия вечного мира при чем Лидская волость осталась во владении Витовта. Это последнее обстоятельство послужило поводом к новой междоусобной войне. Корибут потребовал у Витовта возврата Лиды, но получив отказ, в начале осени 1392 г. собрал значительное наемное войско и выступил с ним против Витовта. Витовт не допустил Корибута к стенам Лидского замка и встретил его на берегу р. Неман. У с. Докудово произошла короткая, но жаркая битва. Корибут не устоял и отступил к Новогрудку, но и здесь он защищаться не умел, был разбит, захвачен в плен и со всем своим семейством отослан к Ягайле в Польшу (Летопись Быховца, 33; Stryjkowski, II, 101).
В 1397 г. Витовт отдал Лидскую волость во владение бежавшему под его покровительство хану, некогда грозной Золотой Орды, Тохтомышу. Тохтомыш два с лишним года прожил в г. Лида в особом доме, стоящем на том месте, где ныне расположены дома плебании р.-католического костела. Местность эта долгое время носила название Тохтомышева двора (Живописная Россия, изд. Вольфа, III, ч. II).
Планы Витовта о возведении на престол Золотой Орды Тохтомыша и о завоевании Москвы и всей Руси разбилась на р. Ворскле. Однако Витовт не упал духом и в1405 г. захватил Смоленск. Князь Юрий Святославович Смоленский оставил жену и детей в городе, бежал в Москву. Витовт взял в плен княжеское семейство и вместе с боярами отослал его в Литву где поселил в Лидском замке. По свидетельству записок настоятеля Лидского костела кс. Стогнева, составленных около 1450 г. кн. Юрий Святославович, желая освободить свое семейство из плена 5 августа 1406 г. со значительным вооруженным отрядом подступил к Лиде, сжег город и начал делать приступы к замку, но лидский староста Яков из Селицы отбил приступы Юрия и заставил последнего отступить по дороге на Вильну (Narbutt, V, прилож. I; Balinski, III, 254).
В 1422 г. Лиде пришлось быть свидетельницей великолепного свадебного пира. В феврале этого года в г. Новогрудок состоялось четвертое бракосочетание престарелого польского короля Владислава Ягайлы с княжной киевской Софией, а празднование свадьбы, по приглашению гостеприимного Витовта, было назначено в г. Лида. Сюда собралось множество гостей, в числе которых был нунций папы Мартина V Антоний Зено, прибывший в Литву для расследования споров с Орденом. Витовт вообще любил показать блеск своего двора и свое прямо баснословное гостеприимство. Достаточно вспомнить приемы гостей Витовтом в Луцке и Троках, что бы судить о том, до каких размеров его гостеприимство доходило. Веселые пиршества в Лиде продолжались до великого поста и долго доставляли материал для рассказов о проявленном здесь великолепии (Balinski, III, 254; «Кругозор», 1876, № 22).
По смерти Витовта велим князем Литовским был провозглашен Свидригайло, родной брат Ягайлы. Свидригайло, желая разорвать всякую связь между Литвой и Польшей, немедленно поднял войну против Ягайлы, почему и был лишен великого княжения, а литовский престол занял по избранию младший брат Витовта Сигизмунд. Между Свидригалом и Сигизмундом завязалась война. Сигизмунд своими войсками занял некоторые литовские города, а том числе и Лиду. В августе месяце 1433 г. Свидригайло двинулся отнимать города, занятые Сигизмундом. Отряд Свидригайлы, состоящий из тверского полка, татар м литовского ополчения из Ошмян, подступил к Лиде. Гарнизон Сигизмунда, защищавший Лидский замок, несмотря на энергичные действия Свидригайлы, замка не сдал и Свидригайло ограничился только тем, что сжег дотла весь город и отступил к Торокам (Stryjkowski, II, 189; Narbutt, V, прилож. I; VII, 350).
Война продолжалась еще несколько лет окончилась тем, что Свидригайло бежал в Молдавию, а Сигизмунд начал управлять государством. После убийства Сигизмунда одна из партий хотела возвести на литовский престол сын6а его Михаила, но не смотря на то, что в руках последнего были такие важные в военном отношении пункты как Лида и др., ему овладеть престолом не удалось, так как престол этот более сильной партией был предоставлен сыну Владислава Ягайлы Казимиру.
В то время лидским старостой был сын или внук Тохтомыша, последняя отрасль знаменитого рода Чингиз-хана Девлетт Хаджи-Гирей. Во время войны Свидригайлы с Сигизмундом он оказал последнему какую-то услугу и за то получил в держанье Лидскую волость, а затем, по объявлении великим князем Казимира, Хаджи-Гирей беспрекословно сдал последнему Лидский замок, почему был оставлен здесь старостой и на дальнее время (Narbutt. VIII 10, 18, 53).
В 1445 г. перекопские татары просили великого князя Казимира дать им хана, при чем указывали на Хаджи-Гирея, как на потомка знаменитых своих вождей, вполне достойного занять это место. Казимиру представился случай припомнить величие и блеск Витовтова двора. В 1446 г. лидский староста был вызван в Вильну и здесь по стародавнему обычаю, в присутствии татарских послов и множества сановников, торжественно облачен в ханскую мантию и провозглашен ханом Перекопской орды (Летопись Быховца, 56; Srtyjkowski, II, 212-213).
После Хаджи-Гирея Лидская волость или отдавалась в пользование разным лицам за заслуги или же управлялась наместниками великого князя. Да начала XVI в. Лидскими державцами и наместниками были: Пац, Иван Кучукович, Станислав Петрашкович и Глеб Сапега. В 1503 г. волость эта была отдана в держанье пану Криштофу Ильиничу, но в следующем году, король Александр Казимирович, по протекции князя Михаила Глинского, имевшего в то время громадное значение при дворе, лишил его этой державы и отдал её пану Андрею Александровичу Дрозду. Обиженный Ильинич, на распоряжение короля занес жалобу к панам-раде в. кн. Литовского. Жалоба Ильинича получила поддержу со стороны панов-рады, которые постановили напомнить королю о том, что он не имеет права без суда лишать кого либо пожизненной должности, а впредь до окончания дела приостановили ввод Дрозда во владение Лидской волостью. Но Александр Казимирович под влиянием Глинского, с негодованием отнесся к такому решению рады и некоторых из её членов лишил даже должностей, а Ильинича, как непослушного королевской воле, приказал взять под стражу. Такой неожиданный оборот дела смутил всю литовскую аристократию. На Радомском сейме 1506 г. на короля со всех сторон посыпались упреки, но резче других осуждал его поступок Виленский епископ Табор. Он публично перед королем произнес по этому поводу речь, которую закончил проклятием. Пишут, что при последних словах епископа король упал, пораженный параличом (Летопись Быховца: «и скоро то бискуп вымовил на тых месте короля забила немоц паралитыкова ...» стр 75).
Александр Казимирович опасно заболел. Пользуясь его болезнью татары совершили страшное нашествие на Литву. В июне месяце 1506 г. пятидесятитысячная татарская орда под предводительством Бити-Гирея и Бурнаш-Салтана, переправилась чрез р. Припять, разграбила Мозырь и Слуцк и остановилась главным кошем при Клецке. Известие о татарском нашествии было получено в Вильне лишь тогда, когда передовые татарские отряды появились на берегах р. Немана. Больной король в виду грозившей опасности объявил посполитое рушение, т.е. поголовное вооружение дворянства на защиту отечества. Местом сбора ополчения была назначена Лида, а главное начальство над ополчение вручено князю Михаилу Глинскому. Но ополчение, не смотря на близость опасности, собиралось слишком медленно. Наконец в Лиде собралось 3 т. человек, но и те не хотели выступать против неприятеля под начальством нелюбимого князя Глинского и бесцеремонно требовали, что бы во главе ополчения стал сам король. Совершенно больной Александр Казимирович был вынужден прибыть в Лиду. Его сопровождала неутешная супруга Елена Иоанновна, канцлер Ласский и несколько других приближенных к королю лиц, в том числе виленский епископ Табор.
Тем временем татары успели переправиться на правый берег р. Немана и начали грабить и жечь поселения в южных волостях Трокского воеводства - Белицу, Жолудок и др. По прибытии короля в Лиду, сбор ополчения увеличился на 4 т. человек, но предводительствовать ими король уже не мог: он совершенно лишился сил и начал приготовляться к смерти. 24 июля 1506 г. в покоях Лидского замка Александр Казимирович исповедовался, причастился св. Таин и подписал духовное завещание.
Между тем татары, нисколько не стесняясь близостью литовской шляхты, уже разоряли окрестности Лиды. «И скоро прошли за Неман, говорит летопись Быховца (стр. 76) , и не доходячи Лиды, около города, от всех сторон в мили и полумили от города, воевали церкви Божие, и дворы великие, и веси зажигали, и людей имали и забивали». Один из высланных в окрестности города разъездов, в 7 вер. От Лиды встретил на грабеже толпу татар, разбил её и в знак победы принес в город на пиках десять татарских голов.
Известие о близости татар поразило всех, но в особенности лиц, окружавших короля, которого было решено перевезти в столицу. Умирающего Александра Казимировича уложили в носилки, привешенные между двух лошадей, и в сопровождении двора и небольшого охранного отряда, ранним утром 27 июля 1506 г. вывезли из Лиды в Вильню.
Вслед за выездом короля ополчение, во главе с князем Глинским и наместником гетмана Станиславом Кишкой, выступило из Лиды против татар. В кровопролитной битве у Клецка татары были разбиты на голову. Радостное известие о победе застало Александра еще в живых; он не мог уже говорить, но только жестами выражал свою радость и благодарность Богу. Александр умер в ночь на 20 августа 1506 г. (Летопись Быховца, 75-78; Stryjkowski, II, 329-338).
Tags: Лида
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Ни одного британского фильма- без советских!

    Ввиду того, что я теперь не могу вырезать кусок из ютубвидева, я могу только указать начало эпизода с русскими морячками. А как закончится- сами…

  • Делайте ваши ставки, господа!

    Тимановская завтра полетит из Токио в Варшаву 1. Посадит ли Путька самолет? 2. Не посадит ли Путька самолет? Самые тупые- боты поддержки - у…

  • Полит-quickie

    * A brief sexual encounter. ** У Шпака- магнитофон, у посла- медальон.... Тихановская с Байденом - 10 минут. В плюсе- печеньки овсяные.…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments