mislpronzaya (mislpronzaya) wrote,
mislpronzaya
mislpronzaya

Франциск Скорина документы(2)

№ 7. ПРОТОКОЛ ЕПИСКОПСКОЙ КУРИИ ОБ ЭКЗАМЕНЕ Ф. СКОРИНЫ НА СТЕПЕНЬ ДОКТОРА МЕДИЦИНСКИХ НАУК

9 ноября 1512 г.                         Падуя

Иисус Христос

1512 [год], индикта XV. Во вторник, 9 ноября месяца. Особый экзамен в области медицины именитого мужа господина магистра Франциска, сына покойного господина Луки Скорины из Полоцка, русина, секретаря короля Дации26. В присутствии архиепископа достопочтенного господина суфрагана и викария преславная Коллегия господ [мастеров] искусств Падуи при участии достойного искусств и медицины доктора господина магистра Франциска Фульманелли, вице-ректора университета [мастеров] искусств, экзаменовала. Все были единодушны и единогласны, без единого голоса против, чтобы достоинство [Скорины] в области медицины признать. Под опекою своих промоторов докторов искусств и медицины, господ магистров

Варфоломея Баризона, который вручил знаки [доктора медицины],
Франциска де Ноали,
Франциска Эстензи,
Иеронима а Мулло и
Иеронима де Урбино.

Достойные свидетели, доктора магистратов, господа магистры
Алоизий Зухатус Гуисинус и
Даниель де Фороюлио, падуанин.

Выдающиеся студенты искусств, господа Михаил Зарцибонус, сын покойного господина Якоба, гражданин [...] венецианский, и Гаспар де Габриелис, сын господина Петра, гражданин падуанский, господин Валерий де Ларгис, клирик падуанский.

Документ хранится в архиве г. Падуи: Archivio antico della Curia Vescoville di Padova, Doctoratuum, vol. 49, f. 122. Перевод с лат.

№8. ДЕКРЕТ КОРОЛЯ ПОЛЬШИ И ВЕЛИКОГО КНЯЗЯ ЛИТОВСКОГО СИГИЗМУНДА I ОБ ОСВОБОЖДЕНИИ ОТ ДЕНЕЖНЫХ ПРЕТЕНЗИЙ АНДРЕЯ ИЗ ЛЬВОВА ВИЛЕНСКИХ ГРАЖДАН

Декабрь 1518 г.                        Берестье

Сигизмунд и др. Сообщаем и др., что как позволено, Андрей из Львова вызвал к нам во вторник, ближайший после праздника Святого Николая, недавно прошедшего, почтенных Михаила Матвеевича Тиши, смольнянина, Ивана Скоринича28, полочанина, и Севку Андриевича, граждан наших виленских, чтобы они дали свидетельство для справедливого решения дела против почтенного Дашки, также и виленского гражданина, возбуждённого тем же Андреем относительно конфискации, которая была сделана [им] в Вильно. И потому что, в то время, когда ранее названные свидетели по указанному распоряжению явились перед нами, сам названный Андрей не явился и не позаботился явиться, то мы считаем, что эти граждане виленские должны быть освобождены от этого срока для дачи свидетельств против названного Дашки, которого, наконец, мы находим менее всего подлежащим отысканию и конфискации того же Андрея из Львова, как и заявили в других наших постановлениях, и освобождаем [их] навсегда и желаем, чтоб считались освобожденными, о чем сообщаем и довести желаем этим декретом до сведения всех вместе и каждого в отдельности сановников, [низших земских] урядников, бурмистров29 и радцев30 городов и местечек, управляющих и судей всяких мест и других подданных наших в королевстве и в панствах наших, где бы [они ни находились]. Приказываем не допускать и не позволять, чтобы ранее названные и другие виленские граждане были привлечены к вашему суду или арестованы по ранее приведённому делу. А названного Андрея и его иск, если такой другой, кроме этого [возбуждённого], ради его конфискации против [выше] названных виленских граждан будет иметь и от которого [иска] они и сам Дашка являются независимыми, направляйте к нам, который в состоянии осуществить необходимое правосудие относительно каждого, кто пожалуется, для передачи его [иска] суду. И ничего по домогательству названного Андрея против этих же виленских граждан не начинайте. Так делайте, а не иначе, по милости нашей [...] и др. До указа и др.

Документ хранится в Гл. архиве древних актов в Варшаве. Archiwum Glówne Akt dawnych, Ksiegi Metryki Koronney, Nr. 33, 165. Перевод с лат.

№ 9. ФРАГМЕНТ АКТОВОЙ ЗАПИСИ КРАКОВСКОГО УНИВЕРСИТЕТА ОБ УЩЕРБЕ СОБСТВЕННОСТИ ФРАНЦИСКА ИЗ ПОЛОЦКА

17 марта 1523 г.                        Краков

В [период] ректорства уважаемого господина магистра Мартина из Илькуша, профессора теологии, каноника церкви братства святого Флориана в Клепарши подаются акты, составленные в зимний семестр 1522 [-1523] гг. [...]

Во вторник 17 марта по требованию уважаемого Франциска из П[о]лоцка31 на законном основании был вызван на суд Августин из Вальборжа, учащийся нашего университета, по причине трёх книг, которые он тайно забрал и которые у него обнаружил [Франциск]. Хотя [Августин] признался, что книги у него и он их оставил у какой-то женщины, он тем не менее попросил вышеупомянутого Франциска подтвердить и поручиться, что он нанёс вред [его] собственности.

Вышеназванный Августин явился для разбора по первому требованию власти, и здесь же господин постановил, чтобы вышеназванный Августин принёс упомянутые книги и вернул их в присутствии господина.

Документ перепечатан из кн.: Acta rectoralia almae Universitatis studii Cracoviensis inde ab anno MCCCCLXIX. Editionem curavit dr. Wladislaus Wislocki. T. 1, f. 1. Cracoviae, 1893. P. 605, 622-623. Перевод с лат.

№ 10. ФРАГМЕНТ ФУНДУША НА ОСНОВАНИЕ КОСТЕЛА, ШКОЛЫ И ПРИХОДА В МЕСТЕЧКЕ ВЕСИЧИ, ПРИ УТВЕРЖДЕНИИ КОТОРОГО Ф. СКОРИНА ВЫСТУПАЕТ СВИДЕТЕЛЕМ

18 сентября 1526 г.                    Варшава

[...] Во имя господа, аминь! На вечную память о деле. То, что совершается для почитания господнего, должно увековечиться в грамотах или в ... (henticis). Мы, Сигизмунд, божьей милостью король Польши, великий князь Литвы, княже Мазовии, Руси, Пруссии, Жемойтии и др. господарь и дедич32, предусмотрительно провозглашаем содержанием этой [грамоты] всем и каждому, настоящим и будущим [жителям], кому будет необходимо то знать:

Пресветлейший господин Георгий33, князь слуцкий, дедич наследственного владения, недавно отданного в аренду и называемого по-народному Весичи34, лично явившись перед Величеством нашим, предъявил надёжные пергаментные грамоты на фундуш35, наделение и закладку приходского костёла, осуществленные недавно там же в Весичах, и бил челом, чтобы мы утвердили и одобрили эти грамоты, чтобы на всё, в них содержащееся, и на содержание ректоров36 и служителей дарованное, мы согласились и чтобы постановили, что такого рода новое заложение не будет во вред другим старым костёлам нашего патронатного права.

Содержание грамот об этом заложении приводится ниже и такое:

Во имя господа, аминь! На вечную память о деле. Следует всем правоверным епископам усердно стремиться к тому, чтобы всегда они были пламенными и умножали свой талант, божьим вдохновением им данный, и чтобы ежедневно усердствовали в винограднике божьем. И если кого-нибудь из их стана такая потребность только затрагивает, то нас она волнует и угнетает. Ибо нам достался виноградник, не так давно взятый для досмотра, который вплоть до этого дня остаётся непроходимым и заросшим лианами, терновником и такими же бесплодными и вредными кустарниками. Вот такая диоцезия наша, которая, как известно, ещё более заполнена далёкими и чуждыми святой католической вере ритуалами. И что ещё более опасно и не менее пагубно и отвратительно, так это то, что большая часть людей наших епархиальных оставляет ещё мир, подобно пресмыкающимся или иным бездушным живым существам, не будучи искренне и глубоко убеждёнными в своей вере. А это — ни от чего другого, как от непосещения храмов и редких встреч людей со своими плебанами, от которых зависит их очищение и наставление к закону божьему.

Таким образом, чтобы предупредить эти и другие вредные проявления нерадивости и более всего потому, чтобы, похвалив наилучший поступок наисветлейшего господина Георгия Семеновича, князя слуцкого, дедича в Весичах, одобрить также святую заботу и желание того, кто просил нас настойчиво решить дело с недавно полностью возведённым им костёлом, мы, Ян из князей литовских, божьей милостию избранный и утвержденный [епископ] виленский, сообщаем всем и каждому, как настоящим, так и будущим [жителям], кому нужда будет то знать:

Пришёл к нам упомянутый наисветлейший господин Георгий, князь слуцкий, дедич наследственного владения, недавно отданного в аренду и по-народному называемого Весичи и проч. в нашей диоцезии, изложил, что люди обоих полов из повета и территории той и другой, прилегающей к ней, как недавно, так и ранее отданной в аренду, которые по своей воле подчинялись приходским костёлам в Осше и Великой Меречи, как более близким, из-за большого расстояния [тех] мест — пять больших милей38, на котором они находятся и от того и от другого их этих, ближайших теперь костёлов, не могут посещать их без трудностей, усталости и потерь, и наиболее приходский костёл в Великой Меречи из-за большого, очень частого, широкого и глубокого половодья реки Неман. Поэтому здесь чаще не воспринимают церковных таинств и не заботятся о том, чтобы возвысить себя до почитания божьего и спасения души. Вот почему многие из жителей этого места и территории без исповеди и восприятия церковных таинств, а их дети без крещения уходят из этого мира, а те, которые отправлялись для исповеди или восприятия иных таинств, неоднократно тонули в вышеназванной реке Неман.

Таким образом, просил нас с соответствующей настойчивостью и учтивостью тот же господин, князь слуцкий, чтобы мы дали согласие определёнными мерами уменьшить вред, опасность и трудности для жителей этого места и поставить приходский костёл в ранее упомянутом местечке Весичи в соответствии с наделением и фундушем, предназначенным, данным и подаренным свободно и бесплатно самим наисветлейшим господином Георгием, князем слуцким, этому костёлу и его нынешним ректорам и в грамотах его навсегда и навечно вписанным и переписанным, с присоединением к этому особого согласия королевского Величества. [...]

Для веры и свидетельства всего предыдущего вместе и в отдельности [взятого] мы приказали подписать и обнародовать эти наши грамоты нижеотмеченному публичному нотарию и писцу деяний наших, а также приказали и обязали скрепить подвешиванием нашей большой печати.

Деялось и дано в Вильно, в лето господне тысяча пятьсот двадцать шестое, в тринадцатый индикт, при понтификате наисвятейшего отца во Христе и властителя нашего господина Клемента, волею божьей папы седьмого39, в год его [папства] третий, во вторник, в двадцатый день месяца марта, в присутствии почтенных, преосвященного и сиятельных господ: Якоба Сташковского40, схоластика41виленского, каноника краковского и сандомирского костёлов, канцлера42 нашего; Яна Сильвия Амата, доктора обоих прав, каноника нашего виленского и официала генерального; Георгия Хвальковского43, в Озеросдах и Лынтупе плебана, подскарбия44 нашего, а также Петра Гозниского, маршалка нашей курии, и выдающегося мужа господина Франциска, доктора медицины,— позванных и затребованных свидетелями к предыдущему. Подпись нотария и моя, Андрея Николая из Надборов, клирика Гнезненской диоцезии, святой апостольской волей публичного нотария и писца деяний и дела этого, в присутствии упомянутого наисветлейшего князя и наидостойнейшего отца во Христе, господина Яна из князей литовских, божьей милостью избранного и утвержденного [епископа] виленского. И поскольку я при всём сказанном присутствовал с вышеназванными свидетелями в то время, когда всё это свершалось, и всё, как оно деялось, видел и слышал, то и подписал эти грамоты, писанные рукой другого45, ибо я тогда был занят другими делами. Я также, призваный для утверждения и засвидетельствования всех и каждого из дел ранее названных, заверил их [грамоты] знаком и именем своим обычными и употребляемыми и скрепил большой печатью самого господина епископа виленского.

Таким образом, мы, Сигизмунд, король и великий князь, ранее упомянутый, взволнованные не только просьбами самого князя слуцкого Георгия, законными и набожными, но и учитывая то, что такая закладка костёла в ранее названном местечке Весичи крайне необходима и не будет во вред ни одному костёлу нашего патронатного права, просмотрев ранее грамоты и зная их содержание, постановили, милостью нашей особы утвердить, одобрить и ратифицировать их и сейчас утверждаем, одобряем и ратифицируем этой [грамотой], соглашаясь, что они правомочны во всех своих пунктах, статьях и клаузулах и в общем их содержании и имеют силу законности. Для свидетельства об этом деле к ней [грамоте] подвешена печать наша. Выдана в Варшаве, во вторник46 перед праздником святого Матвея апостола и евангелиста, в лето господне тысяча пятьсот двадцать шестое, королевства же нашего — двадцатое. [...]

Документ хранится в ЦГАДА, ф. 389, кн. 12, л. 607 об.— 612. Копия. Перевод с лат.

№ 11. СУДЕБНЫЙ ДЕКРЕТ КОРОЛЯ ПОЛЬШИ И ВЕЛИКОГО КНЯЗЯ ЛИТОВСКОГО СИГИЗМУНДА I И ПАНОВ-РАДЫ ВЕЛИКОГО КНЯЖЕСТВА ЛИТОВСКОГО О ЗАКРЕПЛЕНИИ ЗА ЖЕНОЙ Ф. СКОРИНЫ ВСЕГО ЕЁ НАСЛЕДСТВЕННОГО ИМУЩЕСТВА

Январь 1529 г.                         Вильно

Вырок47 мещанину виленскому Мартину Субочовичу и жоне его и Миколаю Чуприну з жоною доктора Францышка Скорины о дом в месте Виленском и о иные речи.

Жикгимонт.

Смотрели есмо тог[о] дела с п[а]ны радами нашими. Стояли перед нами очивисто, жаловал нам мещанин виленски[й] Мартин Субочович от жоны своее Ганны, дочки Станиславовое Дороты, и сын Одверного нашог[о] Богданов Чуприн Микола[й] на Малкгорету, жону доктора Францышъка Скоринину, которая перед тым была за рядцою виленьским Юрем Одверником, о том, што ж жона держыть дом в месте Виленьском, который лежыт на рынку подле дому Иванова Плешывцова и Василева Воропанева, и иншое имене и статьки, которые бы пришли по близкости на того то Мартина и на его жону Анну по смеръти тещы его Дороты, матки жоны его, и по Зофеи Зеновъевое сестры рожоное Доротиное и Богдановое Чуприное, а им того поступитися не хочять, яко ж деи и первее сего жаловали они о том на них перед правом гаиным48 виленьским и отозвалися в том до нас менячы, иж бы им в том праве кривъда ся деяла. И покладал перед нами тот Мартин лист без печати, менячи его тастаментом тещы своее Станиславовое Дороты, который был зламал судом своим княз[ь] Ян, бискуп виленьский, в котором жо тая Дорота тот вышеи писаный дом и инъшое именье и статки по смеръти своее отдала дочце своее, жене его Анне, и ему, зятю своему. И доктор Францышко от жоны своее мовил и покладал перед нами выпис с книг права гайного под печатю места нашого Виленского и тех другии лист судовыи, сказане князя Яна, бискупа виленьског[о], в котором жо выписе местском и в листе судовом князя бискупа его м[и]лости сказано: тот дом и иншое именье и въси рухомые речы держати и въжывати тое Маркгорете, жоне доктора Франъцышка Скорининое, и детем ее, а тот Мартин з жоною своею Анною и сын Богданов Чуприн Миколаи к тому ничого не мают мети. А так мы с п[а]ны радами нашими о том досмотревъшы и выслухавъшы того выпису с права гайного виленьского и листу судового князя бискупа его милости и зърозумели есмо, кгды ж войт49 с буръмистры и радъцы водле права своего майтборского50 тую Маръкгорету и ее дети при том дому и въсих статках водле права майтборского зоставили и княз[ь] бискуп его милости виленьскии так жо то знашол. Мы теж тот дом вышеи писаныи и иные речы и въси статъки вышей писаные присудили жоне доктора Францышъка Скорины Маркгорете держати и въжывати супокойне на вечные часы подле суда и сказа[н]я первого места нашого Виленьского и подле теж суда и листу судового князя Яна, бискупа виленьского, а тому Марътину и его жоне Анне и тому Миколаю Чуприну и их потомъком казали есмо в том вечное молчане мети, и на то есмо доктору Францышъку и его жоне Малкгорете дали сес[ь] наш лист з нашою печатю. При том были панове рада княз[ь] Ян, бискуп виленъский, княз[ь] Микола[и]51, бискуп киевские, воевода троцкии, гетман наш, староста53 бряс[лавский] и весниц[кий], княз[ь] Констянтин Ивановиц Острозский, пан виленьский, стар[оста] гор[оденский], мар[шалок] двор[ный]55, пан Юри[й] Миколаевич Радзивилловича и иные панове рады Великого князства Литовъского. Копоть писар57.

Документ хранится в ЦГАДА, Лит. метрика, ф. 389, № 224, л. 297 об.— 298. Адаптация со старобел.
 
Tags: Франциск Скорина, скориноведение
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments