May 6th, 2021

солнце

Маршак и Черубина. Беспризорники. Екатеринодар.

Лиля корпела над переводами иностранной корреспонденции, но приходилось ей сотрудничать и с местными газетами, прежде всего с «Казачьей думой», «Станичником» и «Утром Юга».
Видимо, ее встреча с Самуилом Яковлевичем Маршаком, постоянно печатавшим в «Утре…» статьи под псевдонимом «Доктор Фрикен» (именно этот псевдоним спасет его впоследствии, ибо под именем незнакомого доктора, автора разгромных антибольшевистских фельетонов, никто не опознает великого советского детского поэта С. Маршака), произошла в 1919-м именно там.

( * на самом деле Маршка спас не какой-то псевдоним, а принадлежность к талмудическим  раввинским кругам.  Фамилия «Маршак» является сокращением (ивр. ‏מהרש"ק‏‎), означающим «Наш учитель рабби Аарон Шмуэль Кайдановер» и принадлежит потомкам этого известного раввина и талмудиста )
Шапочно знакомые еще по Санкт-Петербургу, вращавшиеся в общих литературных кругах, отдавшие дань поэтическому символизму, они необыкновенно обрадовались новой встрече. Рабочие отношения быстро переросли в крепкую дружбу. Говорят, внимание Маршака к Лиле было столь очевидным и (не сравнить с требовательностью и непреклонностью Лемана) трепетным, что даже вызвало неудовольствие его молодой жены Софьи Михайловны, урожденной Мильвидской.



Но, судя по всему, никакая эротика Самуила Яковлевича с Лилей не связывала — только искренняя симпатия, подкрепленная безусловным признанием таланта друг друга. Лиля посвящала Маршаку дружеские стихи, говорила с ним об антропософии;
Маршак же и много лет спустя признавался, что именно встреча с Васильевой перевернула его представления о детской литературе и побудила писать для детей.

(* однако, в педовикии ни общая работа с Васильевой не упоминается, ни то, что это совместное творчество. Лавры приписаны одному Маршаку.)

Однако если их взаимная привязанность, подсвеченная маршаковской творческой невесомой влюбленностью, более чем объяснима — тут и общий культурный бэкграунд, и разлученность с близкими, и тяготы екатеринодарского скудного быта, который легче было выносить в кругу друзей… — то куда менее объяснимо другое: как вообще Маршаку и Васильевой пришло в голову создать тот самый легендарный Театр для детей, с которого началась вся детская театральная история XX века?


Возможно, мысль об этом зародилась в прокуренной пыльной редакции «Утра Юга», где Лиля Васильева и Маршак, подолгу просиживая над чужими заметками, задумывались о том, что неплохо было бы писать о чем-либо вне политики, вне пропаганды. Но — до поэзии ли в эти годы, до «своего» ли, за которое не заплатят, да и не напечатают? Если только… Если только писать для детей?..


Детский театр, задуманный  Лилей и Маршаком как душа Городка, как приглашение воспитанников к творчеству и сотворчеству, открылся 1 мая 1920 года, о чем свидетельствует Лилина надпись на оборотной стороне эскиза декорации С. Семенцова к «Молодому королю», сыгранному по сказке О. Уайльда:
Дорогому Самуилу Яковлевичу на память о нашей общей долгой работе и о нашем Театре для детей — начало его отсюда, от «Молодого короля», 1 Мая 1920 г. в Екатеринодаре и от С. П. Семенцова.
Будем же с благодарностью помнить об этом времени.
Елис. Васильева, 1923 г., СПБ 5 марта.

По словам Иммануэля Маршака, этот эскиз и полвека спустя висел в кабинете его отца на стене; должно быть, поначалу он был подарен художником Лиле, а потом уже перешел к Маршаку.
Сын писателя много рассказывал о театре, в отличие от многих и многих не боясь упоминать в мемуарах ни Лилю, ни Лемана (арестованных, сосланных, вычеркнутых из истории литературы): «Помню очень добрую и веселую Елизавету Ивановну Васильеву, соавтора отца по многим краснодарским пьесам, и внушавшего мне страх высокого, худощавого, седоватого и внешне сурового Бориса Алексеевича Лемана, профессора-египтолога и искусствоведа и одновременно поэта…»



Летом 1920-го, после того как первая постановка театра была горячо одобрена руководством Екатеринодара[186], в Детском городке закипела работа. Маршак и Васильева поставили себе целью максимально преобразить детский театр, изгнать из него сентиментальное морализаторство, свойственное XIX веку, и взрослую пропаганду, прижившуюся, увы, позже, в веке XX; сделать из детей не профессиональных актеров, но сочувствующих зрителей, а в перспективе — соавторов, ибо все увиденное ими в театре в конечном итоге становится материалом для детской игры.

Черубина де Габриак. Неверная комета.
Е.А. Погорелая
солнце

Отличный книжный ресурс по русской истории начала 20 века

Очень много записок и мемуаров, которые хрен где скачаешь.

Не забывайте донатить на поддержание сайта.
Много книг по русской деревне и крестьянскому вопросу.
Их вообще нигде не достанешь- практицки!


Будницкий О.В. Деньги русской эмиграции: колчаковское золото. 1918-1957.
М.: Новое литературное обозрение, 2008 - 512с.
Блестящее исследование, изложенное легким, живым языком и демонстрирующее отличное знание эпохи.
Книга основана на документах (в том числе финансовых), никогда ранее не вводившихся в научный оборот.
Тема книги крайне интересна, а перипетии, в ней изложенные, занимательны.
Самое удивительное то, что послам и финансовым агентам Временного правительства, в распоряжение которых после Октябрьского переворота попали гигантские (для частного лица) деньги, даже не приходило в голову их покрасть.
Хотя вокруг денег кипели вполне понятные страсти, потратили их достаточно разумным и абсолютно порядочным образом.
Интересна и психология людей, и их отношение к последним казенным деньгам, которые постепенно таяли у них в руках, как шагреневая кожа.



Будницкий О.В. Российские евреи между красными и белыми (1917-1920).
M., РОССПЭН, 2005 - 552 с., илл.
Книга, вопреки своему названию, описывает не только события Гражданской войны. Вводные главы коротко, но толково, рассказывают о ситуации с евреями в России с конца 18 века. Книга построена не только на общеизвестной литературе, но и на архивных документах, забытой старой периодике и тому подобных источниках. Даже читатель, хорошо знакомый с темой, найдет в книге много полностью нового материала. О.В.Будницкий пишет на  еврейскую тему, соблюдая достойный нейтральный тон. В книге нет ни следа антисемитизма и теории заговора, однако автор не удовлетворяется поверхностным объяснением "это плохие мучали хороших" и разбирается, как все было на самом деле. Интересное чтение как для профессионала, так и для всякого интересующегося отечественной историей. Кстати - как выяснилось, о. Сергий Булгаков во врангелевском Крыму впал в антисемитскую истерику и читал погромные проповеди.



Бурышкин П.А. Москва купеческая: мемуары.
М.: Высшая школа, 1991 - 352с.
Отличные, содержательные мемуары, написанные в эмиграции представителем старой московской коммерческой семьи. Автор наблюдателен, вышел из самой сердцевины старого московского купеческого круга, на момент  революции был еще очень молод, а мемуары написал уже в 1960-е в эмиграции. Результатом является уникальное сочетание отстраненного взгляда и такого знания нравов и секретных подробностей, которое может быть только у участника событий. Книга рассказывает о том, как выглядели крупные дореволюционные коммерсанты на самом деле и как они вели свои дела на самом деле.

солнце

Данковский М. Дело архимандрита Зосимы

Пермь: 1923 - 100 с.
Замечательно интересный рассказ о судебном процессе над архимандритом,
превратившем курируемый им маленький женский монастырь в пермской глуши в гарем из несовершеннолетних любовниц.
Царское правосудие отнеслось к развратнику весьма жестко,
но во время заключения у него нашлись защитники, причем там, где не ожидалось.
солнце

Савич Г.Г. К вопросу о мелкой земской единице: село Павлово и его общественное устройство.

СПб: 1906 - 172 с.

Чиновник МВД Савич подробно исследовал уникальное явление - село Павлово на Оке превратилось в город, в котором жило 13 тысяч человек, занимавшихся изготовлением ножниц и замков, но при этом сохранило демократическое сельское управление.
Таким образом, вместо обычной для старой России муниципальной власти в руках имущего класса,
в Павлово голос имел каждый домохозяин.
Результаты павловской демократии вышли неоднозначные.