September 9th, 2018

солнце

Непонятки в биографиях- безродные твари

До октябьского переворота, все знали, кто- чей, кто родичи.
После переворота безродные воры-жиды начали придумывать себе биографии и прятать родственников.
В биографиях новых воров из Кремли- родители уже вообще не упоминаются.
----
Попробую собрать мозаику о родственниках таинственного зятя Хрущева...
Все абзацы- это разные линки.
Записываю по мере нахождения инфы, поэтому вверху я еще отчество отца Аджубея не знаю, а ниж- я его уже нашел.

Алексей Иванович Аджубей зять Хрущева.
adzhubey_ai

1924 - 09 января.
Самарканд.
Родился.

Отец - крестьянин, Иван Аджубей
(никаких сведений об отчестве и месте рождения, кроме промелькнувшего "Украина")
позднее(когда?) стал церковным певцом и выступал вместе с Шаляпиным (1911-1913 Мариинка).
(
то есть, до 1922 года, когда Шаляпин эмигрировал)
-----

Но потом началась Первая мировая война.
Случилось ранение, каким-то образом оказалось задето горло, и в результате — потеря голоса.
Но тем не менее, с музыкой Иван Аджубей не расстался: зарабатывал тем, что преподавал пение, жил в Петербурге.
Говорят, педагогом был замечательным.
Наш ближайший сосед по дому, Павел Герасимович Лисициан — потрясающий певец и человек — рассказывал Алеше, что учился у его отца. Ездил в Ленинград специально — брать уроки.
Алеша с отцом не общался.
Всего пару раз бывал у него в гостях.
Сейчас, достигнув определенного возраста, я считаю, что это неправильно.
Но так уж сложилось.
А последние годы жизни Аджубей-старший провел в Тбилиси.
Эвакуировался во время войны в Грузию, там и умер. Очевидно, в Тбилиси его и похоронили.


Отец живет в Ленинграде, сын с матерью- в Москве в "стесненных условиях"- ( см дальше).
Потом отец живет в Тбилиси- как Аджубей мог "бывать в гостях у отца всего пару раз"? Ездил в Ленинград?

Ага!

Лишь однажды он попросил мать «показать ему сына», и я поехал в Ленинград. Шла война с финнами… За ту неделю, что я пробыл у Ивана Савельевича, мы никак не сблизились. Было неприятно, когда он целовал меня узкими холодными губами в щеку. Седая щетина отцовской бороды покалывала так, что я съеживался. Иван Савельевич именовал меня ласково «сыночка», отчего казался и вовсе противным.
Жил Иван Савельевич в большой, мне тогда даже казалось огромной, комнате на углу Загородного проспекта в доме №3. Четыре окна угловой комнаты делали ее очень светлой и нарядной. Блестящий паркет, большой рояль. На крышке лежали твердая кожаная подушечка и небольшая палочка, похожая на короткий биллиардный кий. Висело несколько фотографий отца. Он в театральном костюме в обнимку с Федором Шаляпиным. Под снимком подпись «Ивану-гвоздиле» от собрата Федора». Дело в том, что до революции отец пел в Мариинской опере, у него, как рассказывали, был сильнейший и редкий голос драматического тенора».


Отец нашего героя происходил из небогатой крестьянской семьи на Украине. С юных лет Ивану Аджубею пришлось трудиться: дабы помочь семье, он несколько лет служил подпаском у елизаветградской помещицы. Барыня, заметив музыкальную одаренность мальчика, отдала его в церковный сельский хор. Здесь Ваня несколько сезонов осваивал азы вокального искусства. После чего помещица, угадавшая в мальчике талант, устроила его «казеннокоштным» (то есть на государственную стипендию) студентом в Петербургскую консерваторию. Завершив обучение, бывший подпасок был принят в состав Императорской оперы.
А уже в 1910-1913 годах он стал весьма именитым оперным певцом, выступал вместе с Федором Шаляпиным и Иваном Собиновым. Грубовато звучавшая родительская фамилия теперь тяготила молодого артиста, и он взял себе сценический псевдоним Войтенко.
В годы Первой мировой войны Иван был призван в армию.
А затем, после октябрьского переворота, ему довелось стать и участником войны гражданской.
Повоевав под красными знаменами, он получил ранение и был эвакуирован для лечения в Туркестанский край. Так закончилась его военная биография, продолжавшаяся целых шесть лет (1914-1920). Находясь в самаркандском госпитале, Иван Аджубей встретился с сестрой милосердия Ниной Гупало. Скоротечная любовь окончилась свадьбой. И уже в январе 1924 года у них родился сын, получивший имя Алексей…



Не найдя себе места под солнцем Самарканда, в 1926 году Иван Савельевич Аджубей-Войтенко расстался с семьей и перебрался в Ленинград.


Мать Нина Матвеевна Гупало - портниха

Юноша Алексей встречал в доме матери не только кремлевских жен, но и кремлевских дочек: Светлану Молотову, Светлану Сталину, Раду Хрущеву

Аджубей  признался в том, что в Москве они с матерью жили в тяжких коммунальных условиях и Нина Теймуразовна Берия, узнав об этом, ужасалась, но ничем не помогла им."

И  опять соврал...

В доме свекрови мы не жили, просто бывали там время от времени.
У Алеши была своя комната в коммунальной квартире на Покровке.
Нина Матвеевна в свое время постаралась. Хотя тогда ничего не продавалось, но приобрести при желании было можно. Она и купила.



2.

Она с последних военных лет работала в закрытой мастерской, которая была организована Берия.
Там, на Кутузовском проспекте, обшивали членов Политбюро. Сталину, к слову, все мундиры делали.
В число клиентов этого ателье входили только самые избранные. Нина Матвеевна работала с женами самых-самых.
Причем ее уважали не только дамы, но и их мужья.


3. Еще нестыкуха...

Алешина мама прожила непростую жизнь, которая и начиналась, собственно, далеко не радужно.
Ее мать бежала от мужа с двумя детьми из Краснодара.
Перебралась в Среднюю Азию, в Самарканд.
Нина Матвеевна рассказывала, что в те времена места эти называли колонией.
Мать ее была простая женщина, без специальности, без образования, работала кухаркой. Детей же отдала в монастырь, вернее, в монастырскую школу. Нина была совсем маленькая, ее брат Георгий — еще меньше. Он стал, если не ошибаюсь, ветеринаром, погиб во время Второй мировой войны. А девочку учили рукоделию — она умела делать практически все: и мех шить, и машинкой пользоваться, и вышивать. Особенно удавались ей пальто, костюмы, и тем более платья — и вечерние, и какие угодно. Могла, если нужно было, сесть и сшить платье ситцевое всего за один день.
В Москву она приехала в тридцатые годы из Казахстана после того, как умер от тифа ее второй муж, Алешин отчим, работавший на предприятии, связанном с угольной добычей. Он был из очень известной в свое время семьи социал-демократов. Нина Матвеевна остановилась у своего деверя, тоже инженера. Впрочем, жила там недолго, потому что была женщиной чрезвычайно гордой, самостоятельной. Правда, на тот момент у нее не было никакой реальной профессии. А нужно же было найти работу! И она пошла на Кузнецкий мост, в знаменитое ателье. Там ей задали единственный вопрос: кто шил ваше платье? Оказалось — сама. Это и стало решающим аргументом, ее приняли.


4.
Среди ее ближайших подруг была актриса Марина Алексеевна Ладынина. А еще — Елена Сергеевна Булгакова. Кроме Булгаковых, Нина Матвеевна знала и Алексея Толстого, а через них — чуть ли не весь Художественный театр.
1926 - Родители развелись. Отчим - Михаил Ганеев, юрист
ее второй муж, Алешин отчим, работавший на предприятии, связанном с угольной добычей.
Он был из очень известной в свое время семьи социал-демократов.



Нина Матвеевна вторично вышла замуж.
Отчимом Алексея стал некий Михаил Александрович Ганеев, служивший юридическим консультантом в нескольких хлопковых трестах Средней Азии. Вслед за ним семье приходилось кочевать, переезжая из одного города Узбекистана в другой.
В 1931 году отчима пригласили на работу в Караганду.
Переезд этот состоялся при содействии старшего брата Михаила, известного в стране профессора-угольщика, занимавшегося в те годы проблемами карагандинского угольного бассейна. Самаркандцу Ганееву поручили наладить здесь хозяйственно-юридическую службу.
Collapse )Collapse )


1932 - Самарканд. Смерть отчима Михаила Ганеева
1932-1933 Переезд в Мрскву с матерью




В 1940—1941 годах Аджубей работал в геологоразведочной экспедиции в Казахстане-скорее всего фиктивно,
благодаря брату отчима.( вставки мои)




1941 - 22 июня. От армии откосил (* вообще-то ему 17 лет было, призывный возраст- 18. Потом мама устроила его в военный ансамбль песни и пляски)
С 1942 года служил красноармейцем в Ансамбле красноармейской песни и пляски Московского военного округа.




1945 - МХАТ. Школа-студия имени Немировича-Данченко. Студент. Сокурсники: Олег Ефремов, Ляля Луганславская, Павел Луспекаев, Олег Ефремов




1945 - Сошёлся с сокурсницей Ириной Константиновной Скобцевой


Collapse )
солнце

Какие платья шила мать Аджубея?

Ничего-то стоящего в сети не найдешь сейчас, все заглушено.
Но вот, то немногое

Платья Нины Хрущевой, которую обшивала мать Аджубея

платье Нины Хрущевой5- вена 1961

Вполне достойно.
Ничуть не хуже нонешних аристократов-дегенератов, но вкуса больше

платье Нины Хрущевой6
платье Нины Хрущевой4- вена 1961

платье Нины Хрущевой7

Ну и чем она хуже нынешней бабы Лизы? Так чтобы честно.

Знаменитый "халат в цветочек" был совсем не халатом, а костюмом из толстого( китайского?) дорогого шелка.
Блестит на фото точно так же, как Жаклинин.


Мне мама рассказывала про ткани тех времен, да у нее и тряпочки сохранились- совершенно шикарная текстура и цвет.
70 лет прошло, а они сохранили и блеск и цвет, и они натуральные - "сделанные в СССР".
Правда, машины для их производства были сделаны еще до октября 2017...Где они сейчас?

платье Нины Хрущевой1

А вот Нина Берия-Гегечкори. В Москву они приехали в 1938 году,
значит, это уже пошив матери Аджубея.
Нина, конечно, потрясающе красивая женщина.
А ноги!
нина берия гегечкори
Больше фоток кремлевских жен и дочерей в нарядах матери Аджубея не нашел
солнце

Дубли простые и день города( Минска)

День города Минска... где-то там за газенвагенами бежит на лыжероллерах свежий дубль конюха-цыгана

den goroda minsk 2018

Если это Лукашка, то я - папа римский.
У этого кадра - челюсть квадратная, а наш цыган был весь оплавленный, жирный и текучий.
Не было у него никакого квадратного подбородка и челюсти боцмана Сэма.

duble sent 2018
лука крупно4 лука крупно2 Лука крупно
Collapse )
солнце

Одна из главных синих гнид пирамиды Лукашки

Очень и очень известен своей хитрожопостью и непрофессионализмом.
Очень любит слово "массовая истерия" в применении к реакции общества  на ментовский безпредел, продажность и полную профнепригодность идиотов в мундирах.

А вы это видео видите? А то у меня ЖиЖа козлит....

https://youtu.be/hhQxNy4NLLA

солнце

Москва, сентябЫрь

Конечно же, день города и выборы хорошо ложатся на эти даты....
8-9 сентября 1999 года в 23:59:58 на первом этаже 9-этажного жилого дома № 19 по улице Гурьянова (район Печатники, юго-восток Москвы) произошёл взрыв.
Два подъезда дома № 19 были полностью уничтожены.
Взрывной волной были деформированы конструкции соседнего дома № 17.
По официальным данным, в результате взрыва погибли 100 человек, 690 человек получили ранения различной степени тяжести или пострадали в той или иной мере, получив моральную травму.
Как было установлено взрывотехниками, мощность взрывного устройства составила 350 кг в тротиловом эквиваленте.
Первоначальная экспертиза, проведённая на месте взрыва, показала наличие частиц тротила и гексогена.

Через несколько дней дома № 17 и № 19 были уничтожены взрывотехниками, жители переселены в другие дома.
На 13 сентября был назначен день траура по погибшим при взрывах в Буйнакске и на улице Гурьянова.
После взрыва на улице Гурьянова участковые милиционеры Москвы стали проверять весь нежилой фонд на своих территориях.
Участковым Дмитрием Кузововым в числе прочих был проверен дом № 6 корпус 3 по Каширскому шоссе.
В этом доме был расположен мебельный магазин, который его владелец сдал в аренду человеку, представившемуся как Мухит Лайпанов, под склад сахара.
При осмотре магазина Кузовов обнаружил мешки с сахаром, однако, поскольку он не знал, что террористы таким образом маскируют взрывчатку, то ничего не заподозрил.
12 сентября участковый пришёл к тому же дому с повторной проверкой, но в этот раз дверь магазина была заперта, а взламывать её в отсутствие владельца милиционер не мог.
13 сентября в этом доме произошёл мощный взрыв.
Взрыв в Москве на Каширском шоссе
Основная статья: Террористический акт на Каширском шоссе (1999)
Теракт на Каширском шоссе, д. 6/3, утром 13 сентября 1999 года.
13 сентября, как раз в день траура, в 5 часов утра произошёл взрыв (мощность — 300 кг в тротиловом эквиваленте
в подвальном помещении 8-этажного кирпичного жилого дома № 6, корпус 3 на Каширском шоссе.
Из-за того, что дом был кирпичный, в результате взрыва он был полностью разрушен, почти все находившиеся в нём жильцы — 124 человека — погибли, 7 человек получили ранения различной степени тяжести, пострадали 119 семей.

16 сентября 1999 в 5:57 в городе Волгодонске Ростовской области рядом с девятиэтажным жилым домом № 35 по Октябрьскому шоссе взорвался грузовик ГАЗ-53 со взрывчаткой.
От взрывной волны была разрушена фасадная часть дома.
Из завалов было извлечено 18 погибших, 1 человек умер в больнице, 89 человек госпитализированы, повреждено 37 близлежащих домов
солнце

Иерархия Ивана Васильевича

Упер ценное из коментов

"...Далеко не всех своих дипломатических партнеров русские государи считали равными себе. Василий III не признавал «братом» магистра Ливонского ордена, поскольку тот был вассалом («голдовником») императора Священной Римской империи, хотя на Руси прекрасно понимали номинальный характер этой зависимости. Посылая с индийским купцом грамоту к его повелителю «Бабуру-паше», Василий III «о братстве к нему не приказал: неведомо, как он на Индейском государстве — государь или урядник» (наместник)[8]. Позднее, в конце столетия, на честь быть «братьями» Федору Ивановичу и Борису Годунову не могли претендовать и грузинские цари, зависимые от персов. Но в Москве всегда внимательнейшим образом следили, чтобы великих князей именовали «братьями» самые могущественные владыки Востока и Запада. Когда в 1515 году турецкий посол Камал-бек в своем списке боярских речей, который посольские дьяки сличили с оригиналом, записал «о дружбе, о любви» Василия III с султаном, но пропустил упоминание «о братстве», ему пришлось исправить это якобы случайное упущение.
Но совершенно особая ситуация сложилась в отношениях с Крымом. Право на «братство» с ханами Ивану III, Василию III и даже Ивану Грозному приходилось либо утверждать в бою, либо, что чаще, выкупать богатыми дарами. В послании крымского хана Менгли-Гирея Ивану III (1491 г.) читаем: «Ныне братству примета то, ныне тот запрос: кречеты, соболи, рыбей зуб» (моржовая кость)[9]. В другой грамоте «приметой братства» (условием его признания ханом) оказываются меха и серебряная посуда, в третьей — некий крымский паломник («богомолец»), где-то в Диком поле захваченный в плен казачьей ватагой. Польско-литовская дипломатия активно подогревала неуступчивость «перекопских царей» в вопросе о «братстве». «Помнишь, царь (хан. — Л. Ю.), сам из старины: которой князь великой московской царю братом был? — риторически вопрошал хана Мухаммед-Гирея литовский посол в 1517 году. — А нынеча князь великой московской и тебе, царю, братом чинится!»[10]. Литовский посол не случайно вспомнил «старину»: тем самым русско-крымские отношения как бы вводились в русло традиционных отношений Москвы с Золотой и Большой Ордой, преемниками власти которых считали себя перекопские владыки. Ситуация сложилась парадоксальная: зависимые от Стамбула крымские ханы упорно не желали признавать равноправие независимых после падения ордынского ига русских государей, хотя те числились «братьями» турецких султанов, установивших над Крымом свой сюзеренитет.
В свою очередь, Иван Грозный по разным причинам не признавал «братьями» некоторых европейских монархов. Для него, постоянно подчеркивавшего древность династии, божественное происхождение собственной власти и ее величие, возможность признания «братства» включала в себя не только суверенитет данного государя, но также его значение в международной политике и происхождение..".

"...возможно, русские дипломаты были знакомы с иерархией католических государей, которую в предшествовавший период устанавливали специальные папские буллы. Во всяком случае, в XVI в. на Руси была известна переводная статья под названием «Европейской страны короли», где в порядке старшинства перечислялись монархи Западной Европы. Император Священной Римской империи («цесарь») занимал в этом списке первое место, а король Дании — предпоследнее, ниже венгерского, португальского, чешского и даже шотландского королей[13]. Как можно предположить, могущество датских королей в Москве считали недостаточным для того, чтобы русский царь признал их своими «братьями».
Гораздо понятнее отношение Ивана Грозного к шведскому королю Густаву Вазе и его ближайшим наследникам — Эрику XIV и Юхану III, о «братстве» с которыми и речи быть не могло по причине их низкого происхождения. Царь утверждал, что это «мужичей род, не государьский». Действительно, по воззрениям современников, Густав Ваза, избранный на шведский престол после изгнания из страны датчан, хотя и был представителем знатной дворянской фамилии, никак не мог, даже став королем, претендовать на равенство с Иваном Грозным — государем «от прародителей своих», продолжателем древней династии, восходящей к римским и византийским «цесарям». О польском короле Сигизмунде II Августе, который признал «братство» с Эриком XIV, царь с презрением заявил: «Хоти и возовозителю своему назоветца братом, и в том его воля!»[14].
В Москве Густава Вазу («Гастауса короля», как называли его русские) считали даже не дворянином, а простым купцом. Грозный писал, будто в юности будущий король Швеции «сам, в руковицы нарядяся», осматривал сало и воск, привезенные в Выборг новгородскими «гостями». В 1557 году ближайший советник царя думный дворянин А. Ф. Адашев и дьяк И. М. Висковатый на переговорах в Москве говорили шведским послам: «А про государя вашего в розсуд вам скажем, а не в укор, которого он роду, и как он животиною торговал и в Свейскую землю пришол, и то недавно ся делало…» Возможно, это искаженный далекий отзвук одного из эпизодов бурной жизни Густава Вазы: в 1519 году он был посажен датчанами в тюрьму и бежал оттуда, переодевшись в платье погонщика скота. Потому-то, наверное, Грозный в 1572 году писал Юхану III, что его отец «Гастаус» явился в Стокгольм из своей родной провинции Смолланд с коровами («пригнался из Шмоллант с коровами»). В Швеции подобные обвинения воспринимались крайне болезненно. Если царь декларировал свое происхождение от императора Августа, то и Юхан III, доказывая законность своего пребывания на престоле, в письме к Ивану Грозному ссылался на какую-то имевшуюся у него «Римского царства» печать[15]. Что имел в виду король — не совсем понятно, намек темен. Но, как можно предположить, речь идет не о Священной Римской империи, а именно о Древнем Риме, откуда шведская королевская династия когда-то «получила» печать — символ власти.
Впрочем, когда дело касалось насущных политических проблем, этикетные нюансы отступали на второй план — вопрос о «братстве» становился дополнительным козырем в дипломатической игре. В 1567 году был заключен русско-шведский мирный договор о разграничении сфер влияния в Прибалтике и военном союзе, направленном против Польско-Литовского государства. Этот договор был крупным успехом русской дипломатии; в ознаменование его Иван Грозный Эрика XIV «пожаловал, учинил его с собою в братстве». Однако вскоре союзник был свергнут с престола, а нового шведского короля Юхана III, расторгнувшего договор с Россией, царь «братом» уже не признал" (Л. Юзефович. Как в посольских обычаях ведется...").
солнце

Аджубей

Аджубей опровергает холокост

Наш провожатый – узник Маутхаузена. Его освободили советские солдаты, и он остался сторожить бывшую тюрьму, ему некуда деться. Ветер кружит пыльную поземку у стен бараков. Еще одно серое здание. Металл на печах, в которых сжигали живых и мертвых, свеж, не покрылся патиной. Включи рубильник, и печи заработают. С 1938 по 1945 год здесь превратили в пепел 122 766 человек. Беру ручку – считаю. 3255 рабочих дней истребления. По тридцать шесть человек в сутки. Без выходных – непрерывно.


Машеров и мания преследования в Австрии

В международном отделе я встретился с Петром Машеровым, тогда первым секретарем ЦК комсомола Белоруссии.
(Позже он стал первым секретарем ЦК партии республики, кандидатом в члены Политбюро и трагически погиб в автомобильной катастрофе).
Путь наш лежал в Австрию, где готовился общенациональный слет молодежи в защиту мира. Выслушав соответствующие наставления, мы засели за подготовку речей, которые предстояло произносить. Первый секретарь ЦК ВЛКСМ Николай Александрович Михайлов принимал нас чуть ли не ежедневно, и уже сам этот факт говорил о серьезности поручения, Машеров, высокий, стройный, рассудительный и спокойный, волновался, по-видимому, как и я, но не подавал виду.
Герой Советского Союза, партизан, подпольщик, он «гасил» все страхи наших многочисленных консультантов одной фразой: «Да пусть они меня сами боятся…»
Наконец Михайлов, заставив еще раз продекламировать ему наши речи, дал «добро» на отъезд.



Зять Хрущева зовет "святым"- римского папу.

Так и классифицировал своих знакомцев: этот похож на такого-то, тот – на другого.
Когда возникает необходимость, достаточно вспомнить главное имя.
Петра Егоровича Дьякова я «записал» за Хрущевым, как позже за ним же, с еще большей убежденностью,
оставил святого отца Иоанна XXIII, римского папу.