mislpronzaya (mislpronzaya) wrote,
mislpronzaya
mislpronzaya

Category:

Арканы. Оккультные бездны России 1900- 1930. Мё бес

Термин «арканы» (фр. Arcanes), или «таинства», применительно к картам Таро, ввёл французский оккультист Поль Кристиан (1863).
Оккультист Григорий Мёбес дал такое определение арканам:
Arcanum — это тайна, необходимая для познания определённой группы фактов, законов или принципов; тайна, без которой нельзя обойтись в ту пору, когда является потребность этого познания; тайна, доступная уму, достаточно пытливому в области этих познаний.
В широком смысле под этот термин подойдут все научные положения, определяющие круг какой-либо практической деятельности


Жулик вульгарис этот Гриша Мёбес был!
И послужил пищей для Быкова-Зильбертруда, который быстренько наваял книжицу по масонам и мартинистам Питера.


Григорий Оттонович Мёбес
(1868 год, Рига — 1930—1934, Сыктывкар) — барон, оккультист, глава Санкт-Петербургского Ордена мартинистов в России.
Считается наиболее видным русским оккультистом 1910—1920 годов.
Автор лекций «Курс энциклопедии оккультизма», по которым записана одноимённая книга.

Родился в Риге (Лифляндия) в 1868 году.
В 1891 году окончил физико-математический факультет Петербургского университета.
С 1892 по 1896 годы преподавал математику в Урюпинском реальном училище;
в 1896—1897 — в Новгородской гимназии;
в 1901—1903 — в Вологодском реальном училище;
в 1903—1904 — Череповецком реальном училище.
В 1904-1905 году преподавал математику, физику и французский язык в царскосельском реальном училище и Николаевском кадетском корпусе (гимназии),
а также физику в женском училище министерства народного просвещения.
В 1906—1917 годах преподавал математику в Пажеском корпусе и Николаевском кадетском корпусе.
Его женой была Ольга Евграфовна Нагорнова, с которой он порвал в 1912 году, что не помешало ей играть впоследствии видную роль в мартинизме.
После октября 1917 года работал учителем, в середине 1920-х годов преподавателем математики в 11-й совтруд-школе (экс-Витебская гимназия).
«Худой, очень некрасивый, с каким-то немного перекошенным лицом, с пенсне на носу»
«Вся внешность Григория Оттоновича производила впечатление внутренней силы. Крупный, с широкими плечами, немного сутулый, резкие черты лица, с тяжелым горбатым носом и густыми бровями, нависшими над спокойными и всегда внимательными серыми глазами, густыми усами и клинообразной бородкой. Цвет волос рыжий, с проседью. Обычно был одет в чёрный сюртук. Манеры имел спокойные и несколько старомодные, говорил изысканно вежливо, зачастую вставляя в речь шутку







Слова Мёбеса на допросе 1926 года: «В конце 1912 (или в начале 1913) года я официально сообщаю Папюсу, что я категорически утверждаю не только фактическую, но и формальную свою автономию, и прошу провозгласить это печатно, что и выполняется журналом Initiation (правда, в очень мягкой и почтительной ко мне форме, но все же категорично)». Однако по версии историка Брачева В. С.[11][12] и автобиографии Казначеева[10], в «Mysteria» № 2 за 1913 год было опубликовано официальное сообщение Верховного совета Ордена мартинистов, коим Мебес лишается всех званий связанных с орденом, а его ложа «Аполлоний» закрывается.

В 1913 году петербургские мартинисты во главе с Мёбесом образовали особую автономную цепь «О. М. О. Р.» («Автономный разряд мартинизма русского послушания») с ярко выраженной тамплиерской окраской. Управлялся реформированный Орден «Невидимым магистром» или «Отцом» (Г. О. Мёбес). Его официальным представителем был его ученик И. К. Антошевский. Ложа «Аполлония» объявлена «Великой ложей России». Капитул ордена состоял из семи лиц. Официальным печатным органом русских мартинистов был оккультный журнал «Изида».

В этом же году Чинский продаёт своё имение, и в декабре 1913 года покидает Россию.

Противоречия между петербургскими и московскими «братьями» имели принципиальный характер. Если П. М. Казначеев «во главу угла» ставил посвятительную традицию, что сближало его с философским или нравственным масонством, то Г. О. Мебес приоритетным для себя и своих учеников считал овладение оккультным знанием.

В 1915 году в Варшаве во время вступления туда немцев лишился рассудка Ч. И. Чинский, и управление русской делегацией ордена мартинистов перешло к П. М. Казначееву[13]. В 1916 годупетербургский орден был преобразован в «Орден мартинистов восточного послушания». Летом 1917 года, когда И. К. Антошевский был убит, его сменил в этой должности другой ученик Мебеса — В. В. Богданов.

В 19181921 гг. Мёбес читал лекции по книге Зогаре (часть Каббалы), а его жена — Мария Нестерова — по истории религии. Помимо чисто теоретических занятий, в «школе» велась и практическая работа по развитию у её членов цепи способностей к телепатии и психометрии.

Жена Мёбеса — Мария Альфредовна (Эрлангер), урожденная Нестерова, дочь одного из компаньонов Мельничностроительного и торгово-промышленного товарищества «Антон Эрлангер и Ко» в Москве, в годы Первой мировой войны поселилась в Петербурге, где основала «Общество чистого знания». Была со-руководительницей ленинградской Ложи мартинистов, ложи тамплиеров(степень «дама червей»). В середине 1920-х гг. работала учительницей. Возможно была женой Б. В. Aстромова, сыгравшего роковую роль в истории петербургских оккультных обществ.[14]

1920-е годы: конец общества мартинистов в СССР и смерть Мёбеса[править | править код]

В 1919 году Мёбес назначает генеральным секретарём Ордена мартинистов Бориса Астромова. В 1921 году Мёбес и Астромов расходятся. Мёбес говорил, что ему не понравились низкие моральные качества Астромова, однако более вероятно, что основой было убеждённое масонство Астромова, которые Мёбес считал громоздким, сложным и неподходящим для советской России[15][16].

В 1925 году Астромов приходит в приёмную ОГПУ в Москве и за разрешение ему эмигрировать предлагает свои услуги осведомителя[16]. Разрешение он так и не получил, но ОГПУ обращает пристальное внимание на всех деятелей данной тематики, включая созданные Астромовым в 1921 году три мартинистские ложи.

В ночь с 16 на 17 апреля 1926 года ОГПУ провело обыски на квартирах наиболее активных деятелей оккультных лож. Улов чекистов был ошеломляющим: огромное количество книг, масонских значков, мечей, шпаг, плащей, лент и других предметов масонского ритуала, которые были немедленно изъяты. Сложнее обстояло дело с масонским алтарем и молельней, обнаруженными на квартире у Г. О. Мебеса (Греческий пр., д.13/3, кв.5), который было решено отставить под сохранность хозяина. После этого ленинградских оккультистов стали то и дело вызывать на допросы в ОГПУ. Однако под арестом держали одного только Астромова. В отношении остальных было решено ограничиться подпиской о невыезде.

Характерно, что уже после ареста Астромова его ближайшие друзья пытались спасти организацию, преобразовав её в ложу «Возрожденного Сфинкса», основанную уже на розенкрейцерских началах. Основу этого сообщества должны были составить люди «оставшиеся от Астромова»[17].


Допрос Г. О. Мёбеса 28 апреля 1926 года
«Эзотеризмом интересовался с давних пор (могу сказать, с молодости). В 1910 году, имея уже вполне сложившееся эзотерическое миросозерцание, знакомлюсь с фон Чинским, тогдашним делегатом Ордена мартинистов парижского послушания; через два месяца посвящаюсь им в Неведомого начальника (полное март. посвящение); в конце 1910 (или в начале 1911), несмотря на снабжение меня Парижской Высшей герметической школой Почетным дипломом на степень доктора герметизма и очень почетное и доверчивое обращение со мною фон Чинским, я неофициально ухожу из Ордена, недовольный поверхностным отношением к науке и Преданию большинства членов ордена, его печати, а также периодической печати дружественного с ним Парижского каббалистического ордена Креста-Розы.
В 1911—1912 годах работаю самостоятельно, прочитываю несколько публичных лекций; в 1912—1913 читаю лекции у себя на дому. В этот период времени, собственно, и возникает у меня Автономный разряд мартинизма русского послушания (термин „русский“ после Октябрьской революции заменен термином „восточный“, и тот и другой термины фактически означали — „не зависящий от Парижа“), что не мешает мне в 1912 исполнить по просьбе Чинского два-три поручения по части справочной и по посвящению отдельных лиц. В конце 1912 (или в начале 1913) я официально сообщаю Папюсу, что я категорически утверждаю не только фактическую, но и формальную свою автономию, и прошу провозгласить это печатно, что и выполняется журналом Initiation (правда, в очень мягкой и почтительной ко мне форме, но все же категорично) …
Вся работа по школе велась мною и М. А. Н. только в Ленинграде. Иногородних делегатов не имелось, и самый институт делегирования признается мною неортодоксальным и нецелесообразным, ибо его отрицательные стороны мне исторически известны, хотя бы на примере Парижского мартинизма.
Лично я работаю программно только с полноправными „Неведомыми начальниками“, расширяя их философское миросозерцание и критико-исторические подходы к Преданию и к этиологии религиозных верований.
В общем плане работы своей идейно преследую нижеперечисленные цели: мне желательно заставить ученика в строгой постепенности самоанализа пересмотреть все свои знания, все свои верования, все свои привычки, все свои этико-эстетические подходы к жизни. Для облегчения этой работы я с ним рассматриваю сложный философский, научный, жизненный и т. п. материал в очень широких пределах — от грубейших суеверий почти дикого человека до тончайших методологических потуг человека высококультурного. Таким планом работы думаю развить в человеке, во-первых, сознательность, во-вторых, бодрое, мужественное отношение к жизни и спокойное довольство своим положением, как бы скромно оно ни было.
Никаких догматических тезисов не навязываю, но как учитель ставлю обязательство работать по моему плану и вести себя согласно тому, что я считаю обязательным минимумом порядочности и серьезности.
На вопрос о том, как я отношусь к дивинации, отвечаю, что считаю уместным для работающих у меня, проверять в жизни данные френологического, физиогномического характера, а также данные теории психологических „планетных“ типов и так называемых „аналогично-групповых планетных“ влияний». Что касается астрологии, то она, по-моему, интересна только с точки зрения ознакомления с её терминологией, проникшей далеко за пределы учения о дивинации, а отчасти и с точки зрения истории религий. Лично я к астрологии отношусь ультраскептически, но годичный гороскоп для Северного полушария составляю, признавая за ним педагогическое значение в смысле указания на опасность тех или. других человеческих слабостей: люди всегда лучше запомнят указание на определенные слабости, чем на слабости вообще, хотя бы эти определенные слабости были выбраны случайно.
На вопрос о том, какое я себе отвожу место, как оккультисту и знаю ли я себе равного по эрудиции в этой области в пределах территории СССР, вынужден ответить, что самого себя судить не могу, а стараюсь только применить честно те скромные познания, которыми обладаю …
Раскрывать псевдонимы и называть своих учеников я не могу — не позволяет совесть".
— Архив УФСБ РФ по Санкт-Петербургу и Ленинградской области. Д.12517, т.2, л.503-504




если охота читать то вот
Курс энциклопедии оккультизма( Мёбес)
Дневник Петра Казначеева
Письма Лилии Рындиной
Воспоминания камер-пажа Третьякова
Оккультный сайт Теургия, пояснения
Tags: xviii, Зильбертруд, Мёбес, Петербург, Таро, арка, арканы, иллюминаты, масоны, оккульт, что читать
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments