mislpronzaya (mislpronzaya) wrote,
mislpronzaya
mislpronzaya

Categories:

Пример того, как надо общаться с гебьем. 1982

Плохо представляю такой разговор современного жителя концлагеря "Беларусь" с шакалами Лукашенки.
То есть, свобода осталась где-то там, вдали за рекой.
Нет, есть, конечно, оазисы свободомыслия, как-то: сообщество автолюбителей BY, AlexTVby  и канал Телогрейкинa с 60 тысячами подписчиков.
Но сомневаюсь, что они вот так спокойно, независимо и с чувством собственного достоинства отбивают атаки шакалов Лукашенки-Вакульчика-Шуневича.
Нам нужно возвращать чувство собственного достоинства в оборот.
И чувство собственного достоинства- оно спокойное, без матерщины и без размахивания пальцами по американскому фасону.


Я никогда не думал, что Сельхозрок – песня молодого агронома из ОК2 может вызвать какие-то нарицания… по сюжету песни молодой человек окончил сельско-хозяйственный институт, получил диплом агронома и по распределению едет в деревню. Приехал на маленький полустанок, трава по пояс, поезд ушел и повисла тишина и только птицы щебечут, ветер шумит, трава, солнце, кузнечики стрекочут, до деревни где-то километра два-полтора, проселочная дорога без асфальта, грунтовая, тёплая земля, а вокруг, слева и справа поля пшеницы, колосится, переливается волнами, парень снимает ботинки и босиком идет вдоль этих полей и поёт:
Дыхание земли
Всецело ощущаю
Я пятками босыми
Стоят хлеба
Безбрежной полосой
О, Как я очарован ими
Вот это мне майор Ваучейский и зачитал. Я был просто обескуражен, у нас есть и покруче песни, но он зачитал именно этот куплет.
– Ты чего прикидываешься, ты, что не понимаешь, что этим текстом ты хочешь сказать, что пока у нас и существуют временные трудности, что у нас народ до сих пор не может обеспечить себя обувью, что у нас такие низкие зарплаты, что народ не может себе купить ботинки?? Ты специально своими песнями обостряешь, у нас временные трудности, понятно, но ты просто пятая колонна, ты как предатель себя ведешь, а молодые ребята тебя слушают.
Меня наполнило чувство злости и обиды. Я не знал, что ему ответить, я думал, что за хуйня происходит? Чувство несправедливости обуяло – как же это так? Пришли два идиота, непонятно каким образом получивших погоны, и лепят такой идиотизм! Это что вокруг происходит? Как не странно, но я верил тогда в какое-то подобие справедливости существующего строя и общества, я слышал, конечно, много рассказов о сталинских репрессиях и от родителей тоже, но я был уверен, что все это в далёком прошлом, что сейчас у нас совсем другие времена и вот на тебе! Я высказал всё, что думал о них, не особо заботясь о последствиях. Будучи немного постарше, я б, наверное, не стал бы так себя вести, но в тот момент я просто не понимал, с чем имею дело. Высказал все, что думал об организации пришедшей ко мне, молодому рабочему-ударнику и тон мой был нелицеприятен. Они просто не ожидали такого отпора.
– А что-то у тебя, Богаев, видать с психикой не в порядке, давай, как мы сейчас позвоним, ты бледный какой-то, вот-вот бросишься на нас, Богаев, может нужно проверить тебя хорошенько, а? Опасен ты для общества, нужно тебя увезти немножко отсюда. Поедем в клинику…
– А вот тут Вы не правы, товарищ Ваучейский, вы ошиблись по поводу моей психической несостоятельности, потому что не далее, как вчера мы все проходили общезаводскую комиссию, где я, электрик четвертого разряда с допуском высотных работ с напряжением свыше шести тысяч вольт, был освидетельствован и допущен городской медицинской комиссией ко всем видам опасных работ. Так что не удастся у вас применить ко мне этот номер. Можем сходить через дорогу в поликлинику и посмотреть медкнижку.
– Ну ладно, вот еще тогда, давай, почитаем песенки твои:
Берегись, душман
Трепещи душман
Не отдам тебе Афганистан
Как Азербайджан
Как Узбекистан
Буду защищать Афганистан
– Что ты хотел эти сказать?
– А что я могу сказать, там воюют наши солдаты, граждане Советского Союза, воюют на территории чужого государства, а воюют как за свою землю, как бы они защищали Украину, Белоруссию, Таджикистан, Киргизию и Узбекистан, Азербайджан – вот так же они защищают Афганистан, на что мне было сказано:
– Ты что, разве ты не знаешь, что наши солдаты там не воют?
– А что же они там делают?
– Ты что, программу время не смотришь, мудак, они помогают мирному населению Афганистана налаживать народное хозяйство – дороги строят, больницы, бани ремонтировать.
– Не знаю, говорю, откуда у вас, у представителей такой конторы, такая информация, но у меня уже несколько моих знакомых корешей там успели послужить, и им повезло вернуться живыми, а кое-кто и не вернулся, так вот как у меня в песне написано, так там все и происходит, поэтому вы мне лапшу про восстановление народного хозяйства, пожалуйста, не вешайте.
Страх уже пропал, в голову ударила кровь. Ну, что они могли со мной поделать? Я не был студентом, у них не было на меня рычагов давления, в армии я уже отслужил, работаю на заводе пролетарием, куда меня пошлёшь, дальше фронта, как говорится, не пошлёшь…
– Ну ладно, что с тобой поделать, будем разговаривать с тобой в другом месте.
Они встали и молча ушли, презрительно вздыхая. Я вернулся на рабочее место, а туда уже успела дойти информация, все подумали, что из уголовного розыска ко мне пришли, я сказал, что они ошиблись, и все в порядке. Однако эти два долбоёба не нашли ничего лучшего и прямо оттуда направились прямиком на работу к моей маме. Приехали к ней, зашли, она работала начальником цветочного хозяйства города Архангельска, кабинетики там маленькие, все слышно, у мамы посетители были, а они с порога достали свои удостоверения и сказали:
– Мы по поводу вашего сына, должны вас предупредить, что ваш сын будет привлечен к ответственности за антисоветскую агитацию и пропаганду. Если вы не сможете на него повлиять, то вы его долго не увидите.
Что руководило мудаками, было ясно. Я сомневаюсь, что была какая-то команда свыше так действовать, это было их личная месть за то, как я с ними вел себя, не испугался, и вот они нашли такое слабое место, пришли к маме и опозорили её на весь коллектив. Мама знала о сталинских репрессиях, пережила блокаду и, в итоге, я пришел с работы и узнал, что маму увезли на скорой прямо с рабочего места.
Вот такое было начало наших взаимоотношений с властью, хотя конечно, никакой строй свергать мы и в мыслях не имели, просто пели, играли от души то, что приходило в голову, что волновало. Отображали в песнях то, что было небезразлично, но вот преступили черту, тем самым навлекли на себя гнев людей, которые в те годы уже душили и топтали рок-музыку по всей стране.
Tags: Богаев, КГБ, СССР, национальные кадры, рок, человек
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments